Путинская Россия глазами сербского журналиста

Мы возвращаемся в Сербию, которая мне сейчас кажется гораздо более приличной страной по сравнению со всем тем, что я видел в России. С впечатлением, что настоящая Россия сильно отличается от укоренившегося, сотканного из стереотипов мифа, который об этой стране преобладает в Сербии, зимний Белград мне более не казался тусклым и серым, как это было перед поездкой
Путинская Россия глазами сербского журналиста
25.01.2017 2102 3 Пишут сербы

Не рекомендуется к прочтению российским ура-патриотам и прочим русофилам, особо чувствительным к нелицеприятной правде о любимой стране, во избежание состояния шока и/или когнитивного диссонанса. Комментарии с "праведным гневом" оставляйте при себе.

автор: Marko Matić

Во время визита в редакцию e-novina, как раз перед Новым годом, наш большой друг и читатель Томислав М. из Суботицы пригласил меня присоединиться к нему на четырехдневном пути в Москву и обратно, что было запланировано на начало февраля. Поездка в 2000 километров на машине до центра империи Путина и столько же обратно, была вызовом, который было бы трудно одолеть любому журналисту. В дополнение к идеальной возможности убежать от мрачной, зимней, белградской, ежедневной жизни, путешествие Европейским коридором России было идеальной возможностью проверить все эти выводы и впечатления о стране, о которой знаю лишь косвенно, из вторых рук и случайным мониторингом ключевых политических и экономических процессов в ней.

Сопровожденный обычными семейными наказаниями-советами относительно избежания всех тех жестов, которые, во время путешествия, у всегда бдительных сотрудников КГБ могут вызвать ненужные дозы подозрений в отношении гостей из Сербии, на рассвете, 29 января, я отправился в Суботицу, где меня с нетерпением ждали Тома и Дамир, мои товарищи на пути к стенам Кремля и обратно. Прибыв в Суботицу около девяти часов утра, еще не отойдя от сна в перегретом автобусе "Lasta", я не мог не заметить необычную суету на автобусной станции Суботицы и вокруг неё. Подсознательно регистрируя большое количество людей с рюкзаками на плечах, которые с подножки влазили в первое свободное такси, которые, как мне кажется, на это место прибывали колоннами, я первым делом в изумлении спросил, откуда так много учеников прибывают на автобусную станцию в Суботицу и где, черт возьми, эта школа, если они должны ехать на такси к ней?

Большие толпы напоминали мне автостанцию Белграда во время самого большого праздника в выходные, что полностью отличалось от моих стереотипных представлений о Суботице и городах Воеводины, как о оазисах мира, где летаргичность и время, в соответствии с однообразием ландшафта земли, течет как-то медленнее, чем в наших южных кипящих балканских краях. Такое впечатление о нашей части Панской низины является частью давно установившихся предрассудков, глубоко укоренившихся в подсознании тех, кто приезжает с холмов, южнее рек Сава и Дунай. В этой борьбе между бодрствованием и сном, усиленной почти врожденными стереотипами, были необходимы двойной кофе и, для меня просветительные, слова Томы, который сказал, что здесь нет никаких учеников (несмотря на их попытки спрятаться за ранцами), это нелегальные иммигранты, которые, используя близость Суботицы к границам ЕС, пересекают эти края в поисках лучшей и счастливой жизни. На пути к границе мы проходили мимо мотеля «Лира», перед которым была собрана группа из 50 человек, а Дамир и Тома объяснили, что это были албанцы из Косово, которые на этом месте нанимают хорошо организованных незаконных перевозчиков и контрабандистов за большие деньги для проезда "зайцами" через границу.

То, что только десять дней спустя, стало главной темой сербской и косовской общественности, месяцами беспокоило и обременяло население Суботицы и окрестностей, как и страдания большого числа людей из Косово и на Ближнем Востоке, которые происходили на их глазах, в том числе и из-за многочисленных злоупотреблений со стороны местной и пограничной полиции Сербии. Местная продавщица из Палиц сказал нам в случайном разговоре, что именно мигранты из Косово являются мишенью коррумпированных сербских полицейских, которые регулярно шантажировали угрозами ареста и инициирования расследований в отношении их возможного сотрудничества с ОВК во время войны в конце девяностых. Так как эти люди, на "путь надежды", встают всей своей семьей, и, имея страх и негативный опыт с сербскими службами безопасности, они почти безоговорочно платят местным патрулям полиции от 200 до 500 евро для того, чтобы иметь возможность свободно продолжать движение по пути к "лучшей" жизни.

Русская Сребреница. Мемориальный центр Катынский лес

Для сокращения времени, необходимого для пересечения границы, мы пошли к местному, менее приметному переходу у виноградников Бачки, вдоль дороги к границе мы шли рядом с десятками групп людей с детьми, которые рвались на территорию Европейского Союза. Подобные сцены продолжались 4-5 километров в глубину территории Венгрии, где местные органы власти и безопасности дожидались их, а центры для беженцев перенаправляли потоки настоящего цунами приходящих несчастных.

После того, как наши пути разошлись с нелегалами (они переходили границу в неофициальных местах), при пересечении границы мы встретили улыбчивую венгерскую служащую таможни. Пока рассматривала наши паспорта, должным образом подготовленные, почти по инерции расспрашивала, куда мы путешествуем.

Катынский лес. Место, где было расстреляно 11.000 пленных польских офицеров

Катынский расстрел (польск. zbrodnia katyńska — «катынское преступление») — массовые убийства польских граждан (в основном пленных офицеров польской армии), осуществлённые весной 1940 года сотрудниками НКВД СССР. Как свидетельствуют опубликованные в 1992 году документы, расстрелы производились по решению «тройки» НКВД СССР в соответствии с постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года. Согласно обнародованным архивным документам, всего было расстреляно 21 857 человек.

"Мы едем в Москву," отвечает ей Тома на беглом венгерском.

"Москву??? И за сколько времени вы планируете туда попасть? ", продолжила она с сомнением.

"Примерно через два часа ...», отвечает Тома.

"В течение двух часов?",  спрашивает нас теперь с серьезной дозой скептицизма и взглядом таможенного сканера.

"И два дня," говорит Тома озорно, будто произнося волшебное слово. На лицо венгерской таможенницы вернулась счастливая улыбка, которая подняла шлагбаум, как последнее препятствие для нашего въезда на территорию Европейского Союза. Оттуда, весь путь до границы между Польшей и Беларусью возле Бреста, мы не будем проходить через пограничный контроль, в то время как бывший межгосударственный таможенный пункт до сих пор напоминает заброшенными зданиями и дорожными знаками с плохо различимыми словами приветствия.

Картограф смерти: Показывает расположение сталинского ГУЛАГа и принудительных депортаций

С выездом на шоссе, которое соединяет венгерскую столицу с южной границей, уже становится видимым прогресс одной из бывших коммунистических стран, сегодня страной-членом ЕС, которая, в развитии дорожной инфраструктуры признала одну из ключевых предпосылок для собственного экономического развития. Действительно, на протяжении долгих 4.000 километров (2.000 в Москву и столько же обратно) дорожная инфраструктура Венгрии и Польши далеко выделяются от всех остальных стран, через которые мы проехали. Где-то за Мишкольцем, на пути к, теперь невидимой, границе между Венгрией и Словакией, подъехали к концу автотрассы, о которой Тома, который часто ездит по этому маршруту, говорит, что она каждый раз на 5-10 километров больше, чем в предыдущий. Системой свободных ассоциации, в моменте мне на ум приходит злая судьба нашего "коридора Х", строительство которого, я думаю, по времени превышает время строительство Великой китайской стены.

Где-то в этих типичных регионах Центральной Европы, для этого времени года, с серыми облаками и туманом весь день, который покрывает бесконечные равнины, звонит нам по телефону Петар Лукович, начальник Объединенного комитета невоинствующего отдела редакции e-novina, чтобы проверить, приехали ли мы в Москву и бросились ли на поиски столь желанных среднеазиатских приправ. Услышав в каком направление идет наш разговор, Тома и Дамир в унисон сообщают, что мы достанем для Петара специальную российскую приправу "Донбасс", которая взрывоопасней, чем даже печально известный мексиканский перец чили. К моему большому разочарованию, и еще большему Луковича, в Москве, из специй, удалось найти лишь несколько видов соли в широком полутоновом диапазоне цветов (которая, вероятно, используется для посыпания ледяных дорог, нежели для изготовления любимого плова Луковича, а смеси соли и некоторых трав, как мне объяснили мои спутники, плохой русский заменитель хорватского, или нашей Вегетты. Тома мне открыл, что русская кухня, в целом, мягко приправлена и почти без использования соленых и горьких компонентов.

Свидетельство о мрачной стороне человеческой истории. Мемориальный комплекс "Катынский лес"

От разговоров о специях и Донбассе, мы переходим к нашей балканской чорбе, приправленной военным опытом девяностых годов, особенно тех, которые мы лично испытали во время интервенции НАТО, которую мои товарищи встречали как мобилизованные резервисты югославской армии. Рассказывая о своем опыте во время бомбардировки, Тома рассказывает о событиях на фермах близ Суботицы, где размещался его отряд. По приказу своего командира, солдаты в один день выкопали траншеи в конце фермы, которые своевременно хорошо замаскировали. Не зная о канале, который был вырыт после его отъезда рано утром, владелец фермы, возвращаясь вечером домой, упал с трактором в траншею. Это весьма разозлило местных, которые приготовили вилы и другие высокотехнологичные средства обороны, используя которые, они обратили в бегство ту же самую армию, которая, по крайней мере по утверждениям тогдашнего руководства страны и военного командования, почти без единого выстрела победила всемогущий альянс НАТО. К этой военной байке прилагается и интересная деталь, что на протяжении всей последней войны, в которой он принимал участие, югославская армии понесла тяжелые потери, только когда местные сборщики металла и отходов в течение ночи "очистили" около 100 поддельных макетов пушек, предназначение которых было обмануть наивных "агрессоров НАТО" , чтобы те на них потратили, по крайней мере, часть своих дорогих боеприпасов. Вместо самолетов североатлантического альянса, поддельные пушки были гораздо более привлекательны для независимых местных предпринимателей, которые в эти дни единственные довольно потирали руки, распродавая легко захваченные военные отходы.

О другом виде предприимчивости, который демонстрируют наши временные рабочие в России, рассказал нам Дамир, который в этом отношении имеет действительно экстраординарный опыт. В отличие от Томы, который владеет компанией в Москве уже в течение 15 лет, Дамир неоднократно временно работал в главном городе России. Во время одной из этих сезонных экскурсий, Дамир имел возможность услышать от коллеги из Сербии историю с Красной площади. Итак, по прибытию в Москву, группа сербских рабочих решила посетить место, которое чаще всего наблюдали на экранах телевизоров. Возвращаясь с вечерней прогулки вокруг стен Кремля, один из них сообщил Дамиру, что самый интересный момент на Красной площади был, когда он фотографировался с Лениным. На вопрос Дамира, как его вообще пустили в мавзолей, получил неожиданный ответ: "О, я не заходил внутрь, мы фотографировались с площади!" Когда Дамир спросил в недоумении, возможно ли, чтобы Ленина вынесли наружу, собеседник его оборвал: "Как это, вынесли его? Он был тут, на площади, говорил и фотографировался с людьми!" Когда его спросили, уверен ли он, что фотографировался именно с Лениным, земляк смело показал ему в доказательство фотографии, подробно описывая событие в целом, которое ему стоило 10 евро. "Действительно, Дамир, чем он сейчас занимается, на пенсии ли? Неужели его пенсия настолько мала, что приходится дополнительно зарабатывать и делать фото с туристами?", Спросил его единственный живой современник Ленина.

Огромная череда смертей: таблички с именами 11.000 жертв

Основываясь на историях наших граждан, которые в течение последних пятнадцати лет уезжали на временные работы в Россию, Тома говорил, что там было всякое, начиная с того, что некоторые из страха отказывались от поездки на самолете, и до того, что некоторые в конечном итоге путали самолеты. Так случалось, что целый день искали работника из Сербии, который по телефону все время утверждал, что находиться в аэропорту в Санкт-Петербурге, а сам был в одном из московских аэропортов. Конечно, ему, из-за отсутствия знаний какого-либо иностранного языка, никогда не приходило в голову кого-то случайно спросить, в каком аэропорту точно находится?

Когда речь об иностранных рабочих в России, Тома объяснил и системные проблемы, с которыми они сталкиваются. Хотя в самой стране, почти полное отсутствие интереса к производству и неадминистративной деятельности, русская бюрократия придумала такую ​​систему, которая исключает легальное трудоустройство иностранцев. В соответствии с недавно принятым законодательством, для получения разрешения на работу в России необходимо сдать экзамен на знание русского языка и истории, что подавляющее количество неквалифицированных рабочих из Средней Азии не сможет сделать даже на родине, на своем родном языке. Даже если кому-то удается добраться до разрешения на работу, снова появляются почти невероятные проблемы. Например, в строительной отрасли разрешения на работу выдаются работнику на точно определенное место, и в том случае, если компания работает на разных сторойплощадках и перемещает рабочих, он переходит в статус нелегала. Особенно плохое положение в России имеют рабочие из Средней Азии, которые являются наиболее многочисленными в столице, и которые, как правило, выполняют самую трудную и плохо оплачиваемую работу в которой российские граждане не заинтересованы.

Плитки с именами и фамилиями убитых польских офицеров

Тома нам свидетельствовал о событиях 2003 года на строительной площадке, принадлежащей российскому инвестору, который имели в своем штате 50 нелегальных рабочих из Узбекистана. Хотя полицейские патрули каждый день проходили мимо этой стройки, никогда не случалось, чтобы правоохранительные органы проверяли, имеют ли работники соответствующие разрешения для работы в России. Когда, после завершения работ, наступил день выплаты заработной платы узбекам, полиция внезапное активизировалась, всех их арестовала и депортировала из страны. Деньги от их кроваво заработанной зарплаты поделили владельц стройки и сотрудники местной полиции! В подобные неприятности часто попадают и работники из Сербии, которые, в 90 процентах случаев, работают без разрешений на работу и часто являются жертвами различного мошенничества, о чем всё чаще можно прочитать в сербской прессе.
О том как работает высокобюрократизированная социально-политическая система в России лучше всего свидетельствуют статистические цифры, согласно которым страна имеет 1,5 миллиона бухгалтеров и такое же количество членов частных охранных предприятий(ЧОП), которыми наполнен практически каждый бутик. Убаюканные богатством природных ресурсов и высокими валютными поступлениями от экспорта нефти и газа, россияне полностью пренебрегли их собственным производством и стали почти наркозависимы от иностранного импорта готовой продукции. Таким образом, в 2014 году, во время встречи Владимира Путина с представителями пекарской гильдии по вопросу повышения цен на хлеб,  оказалось, что в стране кваса, из-за отсутствия отечественного производства, даже дрожжи является важным компонентом импорта! Показательным примером может служить "Макдональдс", который, для своих ресторанов в России, булочки и картофель импортирует из Польши. В результате разложения системы, которая способствует развитию непродуктивной деятельности за счет какой-либо формы производства, все попытки иностранных инвесторов начать производство картофеля в России, как правило, оказывались нерентабельными и закончились неудачно. К тому же, тот факт, что около 14 миллионов россиян (около 10 процентов от общей численности населения) работают в производственной сфере, иллюстративно говорит о крайней непродуктивности структуры российской экономической системы.

Дань жертвам: Marko Matic перед стеной с именами расстрелянных поляков

Когда в первый вечер мы проезжали мимо Кошича, то отметили, что Словакия имеет значительно худшие дороги, чем в Венгрия. Здесь мы затронули и другие виды транспорта, пытаясь понять причины Балканского явления, когда пассажиры аплодисментами вознаграждают пилота после успешной посадки. Заключаем, что люди из нашего региона к воздушному транспорту все еще относятся с большим подозрением, видя самолеты, как большие стальные птицы, где пилот - отважный герой и во время полета спасает пассажиров от неопределенной судьбы, поэтому посадка самолета воспринимается не как рутинная вещь, а как подвиг. Тома указывает, что нечто подобное происходит и на российских рейсах, но не только это. Рассказывая о своем опыте с полетами между Белградом и Москвой, как и на внутренних российских рейсах, рисует яркую картину пассажиров, которые в общей суматохе борются за свои места, как будто в самолете их не достаточно на всех у кого есть билет на этот рейс, и тех, которые в дютифри покупают бутылки жестких алкогольных напитков и позже пьют во время полета, который длится около 2,5 часов. В такой накаленной атмосфере не редки и драки в самолетах, в которые часто вмешивается и персонал. В самой России, где воздушные перевозки осуществляются в основном устаревшими самолетами советского производства, каждый полет - чистый авантюризм и игра с жизнью. Тем не менее, из-за непреодолимого расстояния, несмотря на высокий риск и крайний дискомфорт внутри самолетов, которые больше похожи на военные транспортники, этот вид транспорта часто является единственным возможным выбором пассажиров.

Когда мы перед единственно возможным выбором, что стало фирменным знаком режима Путина, Тома напоминает мне о содержании одной из наших предыдущих бесед, в которых он упоминал, что после прошлогодней аннексии Крыма, служащим государственного силового аппарата( "силовикам") Путин "порекомендовал" не отдыхать за границей и свои летние каникулы проводить на новоприсоединенном полуострове в Черном море. Поскольку большинство служащих в униформах знают приказной характер так называемой рекомендации президента, в Москве, со скоростью света, появились многочисленные агентства по продаже поддельных «патриотических» путевок в Крым. За определенную цену (600-700 долларов США), эти агентства, предоставляли клиентам ложные доказательства их летнего отдыха в Крыму, в то время как сами клиенты проводили свой отпуск в теплых экзотических странах. После возвращения из отпуска, как доказательство своего патриотизма и лояльности по отношению к российскому лидеру, поддельные посетителей Крыма демонстрировали начальству гостиничные счета, авиабилеты, включая счета из местных ресторанов и магазинов в Крыму, которые во время отпуска даже не видели. Продажа поддельных путевок, однако, уже не актуальна, после того как вступило в силу официальное решение о запрете "силовикам" покидать страну!

Побег от суровой повседневной жизни: Куклы, которые "развлекали" узников сталинского ГУЛАГа

Польша произвела впечатление отличной дорожной инфраструктурой, как и картины городов, которые мы проезжали продвигаясь к Люблину. Большое количество коммерческих объектов, наличие известных западных компаний и сетей магазинов, многочисленные торговые центры и развитая инфраструктура даже в тех городах, которые расположены на периферии, в менее развитой юго-восточной части Польши, ясно показывают, как на практике выглядит сбалансированное региональное развитие.

Около полуночи мы подъезжаем к польско-белорусской границе, которая практически представляет собой разделитель между двумя союзами - европейским и евразийским. В то время как выезд из самой Польши мы не слишком долго ждали, въезд в Беларусь превратился в своего рода ночной кошмар. Хотя на пограничном военном контрольно-пропускном пункте, который предшествует белорусской таможне, путешественников с улыбкой встречает симпатичная представительница лукашенковских вооруженных сил в военной форме, всё после этого соткано из бесчисленных административных процедур, уплаты страховых взносов исключительно в местной валюте, получения разрешения на временный ввоз автомобиля и кто знает чего ещё. Большой проблемой, (что в моем случае представляло некоторое смягчающее обстоятельство) является тот факт, что белорусские таможенники не владеют иностранными языками, и все сложные процедуры проходят исключительно на белорусском языке. Пока ждали, когда таможенники, наконец, пробудятся и начнут выполнять свою работу, Дамир и Тома пересказывали интересные случаи о своих предыдущих пересечениях этой границы, когда к ним подошел таможенник и задал бессмысленный вопрос - перевозите ли наркотики или оружие? Смущенные этим вопросом мои спутники не могли не поинтересоваться, по какой ставке проходит такой вид товаров, который, при случае, могли бы предъявить внимательному служащему белорусской таможни.

В полночные неприятности на въезде в страну Лукашенко свой неизмеримый вклад вносит необычная колонна автомобилей, которыми молодые, но довольно нервные поляки, по непостижимой для нас причине (скорее всего, из-за контрабанды топлива и сигарет) проезжают в Беларусь, а затем возвращаются обратно. В своей, по видимому, хорошо отработанной схеме, эта группа контрабандистов использует тактику взаимного пропускания в ранее сформированной колонне. Таким образом, вне очереди проходит десяток автомобилей из их группы, а все остальные, которые не являются частью существующей модели ускоренного пересечения границы, приговорены к еще нескольким часам ожидания. Тома, наконец, заканчивает все возможные и невозможные таможенные процедуры, и говорит нам, что мы, по тогдашнему обменному курус белорусского рубля, легко могли бы стать местными миллионерами. Опираясь на опыт девяностых годов в Сербии, когда мы были даже миллиардерами, категорически отвергаем эту идею и, наконец, продолжаем наш путь к наиболее важному центру путинской империи.

Красная площадь в другом издании

Когда мы были вблизи территории России (маршрут через Беларусь я в основном проспал), останавливаемся у трассы и в импровизированном киоске покупаем две фляги по пять литров омывателя ветрового стекла. Когда я спросил, для чего нам нужно столько лазурно-голубых химикатов, опытные путешественники объяснили, что русские автодороги настолько грязны, что потребление этих жидкостей почти идентичны потреблению топлива для прохождения определенного километража.  В этом я вскоре и сам убедился, пытаясь сфотографировать русские деревеньки, что, из-за постоянного наноса грязной воды после каждого обгона грузовиков или других транспортных средств, представляло собой невыполнимую миссию. Въехав на территорию России замечаем очень необычное и весьма небезопасное явление на трассе, между противоложными скоростными полосами движения нет абсолютно никаких разделителей и какой-либо защиты, есть только двойная сплошная белая линия! Такое маленькое расстояние между машинами, которые на высокой скорости разъезжаются в отсутствии адекватной дорожной сигнализации особенно опасно в течение зимних месяцев на скользкой дороге. Глядя на этот живой пример игры с жизнью, ранее упомянутый рассказ о причинах небезопасного путешествия российскими самолетами, наконец получает свое рациональное объяснение.

В соответствии с ранее составленному плану в Смоленске, мы съезжаем с главной дороги на 30 километров, чтобы посетить мемориальный центр Катынский лес, где по прямому приказу Сталина в 1939 году расстреляно 11.000 польских офицеров, которые, избегая попадания в руки к нацистским приспешникам, искали спасение в массовой сдаче в плен советским войскам. Несмотря на то, что в начале своего царствования мемориальный центр лично открыл Владимир Путин, почти до входа в Центр нет никаких указателей, для сообщения проезжающим, что в непосредственной близости находится значимая историческая достопримечательность.

Прямо под окном Путина: Место, где был убит Борис Немцов

На картах, расположенных у входа в центр, знакомимся с ужасающими цифрами и отмеченными на карте десятками ГУЛАГов на всем пространстве Советского Союза, а также картами вынужденной миграции в которой миллионы людей против их воли были депортированы в Среднюю Азию и Сибирь. В музее, который находится на территории комплекса, мы знакомимся с образом жизни населения Советского Союза во времена Сталина, как и повседневной жизнью обитателей тогдашнего ГУЛАГа. В музее выставлены и две театральные куклы, которые помогали узниками сталинских казематов хотя бы на мгновение убежать от трагической повседневности жизни.

Среди экспонатов мы находим и депешу, которую Лаврентий Берия, в 1939 г., послал Сталину, в которой он сообщил ему о количестве и чинах пленных польских офицеров. В этой же депеше Берия от своего шефа просил инструкций о том, как поступить с ними, в то же время советуя, какое решение в этом случае было бы "наиболее подходящим". Согласно этой депеше мы узнаем, что в плену у советских войск 10,685 польских офицеров. По окончании экскурсии по музею, в конце концов, мы приходим к бетонной стене, на которой находится около 11 тысяч плиток с именами, званиями и датами рождения казненных польских офицеров. От массовоности преступления леденеет кровь в жилах. Ещё больше шокирует знание о том, что число жертв в Советском Союзе при Сталине измеряется миллионами.

Утренняя безмятежность: Вид на замерзшее озеро в поселении Химки

После посещения мемориального центра возвращаемся обратно на шоссе и, кстати, в первый раз у меня есть возможность увидеть типичные русские деревни, которые выглядят довольно мрачно, с однообразными ветхими деревянными домами. Все выглядит так, как будто время остановилось в прошлом веке, во временах Хрущева или Брежнева. Тома объясняет, что традиция строительства деревянных домов начинается с того времени, когда Петр Великий начал строительство своей новой столицы - Петрограда (Санкт-Петербург). Для целей этого мегавеликого проекта русский царь мобилизовал почти всех строительных ремесленников в стране и привел их в новую столицу. С уходом строителей провинция осталась без квалифицированной рабочей силы, в следствии чего была вынуждена полагаться на строительство деревянных домов, для строительства которых требуется гораздо более низкий уровень знаний и навыков, чем тот, который необходим для использования камня, кирпича и других твердых строительных материалов. Объяснение Томы несколько прояснило причины доминирования плохо построенных деревянных домов в русских деревнях, а принимая во внимание, что в Петроград был построен в начале 18-го века, я не смог удержаться от ехидного комментария, "похоже, строители и через 3 века всё ещё не вернулись!"

Продолжая путь по трассе к Москве практически не верю своим глазам, полное отсутствие обработанной земли вдоль дорожной жилы, соединяющей Россию с Европой. От самой белорусской границы, на всем пути в Москву, протяженностью в 450 км, почти не заметили ни одного обработанного клочка земли! В этом смысле Россия противоположность всем европейским странам, через которые мы проехали, в том числе Беларуси, которая, по сравнению с своим старшим братом, выглядит гораздо лучше организованной страной. Разница в степени обустроенности наблюдается и состояние лесополос вокруг шоссе, которые в России полны упавших и покосившихся деревьев, которые медленно гниют, создавая горючий торф, который является причиной многих пожаров в летний период. Сложная процедура получения разрешений на эксплуатацию государственного имущества, поваленные деревья не интересуют и очень бедных местных жителей, которые от их использования или перепродажи могли бы иметь множество преимуществ. Даже если речь идет о поваленных, полусгнивших деревьях, система, которая опирается на постояную демонстрацию силы и упражняется в установке строгих запретов по отношению к простому человеку, не позволет частной инициативе осуществлять даже те общественно полезные функции, которые сама система не в состоянии выполнить. Так как природа, в отличие от людей и их сообществ, не допускает импровизации такого рода, в течение сухих летних месяцев доходит до массовых пожаров, которые охватывают большие площади, которые для России представляют растущую проблему. Последствия естественного "очищения" лесов на своей коже ощутили и жители Москвы, которые в 2010 году из-за пожара в непосредственной близости от российской столицы в течение нескольких недель задыхались в дыму, охватившем столицу.

Ikea пробралась дальше Вермахта: Дальняя точка, до которой добрались силы Гитлера во время Второй мировой войны

После полных 26 часов езды (включая трехчасовое ожидание на границе Беларуси и Польши), наконец-то мы въезжаем в Москву по широкому шоссе, по меньшей мере с пятью полосами движения в одном направлении. На первый взгляд Москва выглядит мегавеликой и грандиозной, особенно с заходом солнца, когда зажглись многочисленные огни бесчисленных реклам, современных торговых центров и офисов почти всех крупных западных компаний. На каждом шагу вы можете увидеть степень зависимости России от западного капитала, который, после падения Берлинской стены, ворвался на этот огромный рынок. Тем не менее, хотя столица России своих посетителей и оставляет без духа, имея в виду, как выглядит остальная часть России, которую мы проезжали на пути в Москву, трудно отделаться от впечатления, что здесь речь о новом Вавилоне, городе, который живет за счет своей провинции, которая в расчетах российских правителей практически не существует. Контраст, который существует между Москвой и другими крупными городами страны - явный признак серьезных структурных нарушений в её развитии, которые дополнительно усиленны размером самой страны, а также устаревшим, централизованным, бюрократическим способом управления, который предотвращает развитие даже там, где есть потенциал для этого.
В подмосковных Химках, около 30 километрах от самого центра, идя Ленинградским проспектом, оставляем позади аэропорт Шереметьево, а справа мы проходим мимо "Ежей", отметки места, до которого добрались силы Вермахта во Второй мировой войне. Менее чем в 500 метрах дальше, к центру, находится универмаг Ikea, а немного дальше и центр продаж немецкого «Метро», который представлял первую крупную немецкую инвестицию на российском рынке. Из-за близости расположения "Метро" с вышеупомянутым памятником, кому-то может показаться, что это своего рода символика преодоления барьера в российско-германских отношениях, которые установились во время русской кровавой кампании Гитлера, Тома, который имел давние деловые отношения с "Метро", объясняет мне, что при выборе местоположения, ключевым критерием являлось экономическое преимущество, а близкое расположение к памятнику представляет собой простое совпадение.

Деревянные дома и заборы: Типичные сцены в русских деревнях

Скоро мы прибываем в недавно построенный жилой комплекс со специальной огражденной и охраняемой парковкой, что у Томы вызывает видимое облегчение.

"Это здорово, не нужно снимать номера", отмечает он, пока мы вылезаем из машины.

"Я не понимаю, зачем тебе вообще снимать номера?", спросил я озадаченным голосом.

"Потому что в Москве существует особо развитый вид рэкета со стороны местных банд, которые обычно связаны с полицией. Когда они видят припаркованный автомобиль с иностранными номерными знаками, они в течение ночи снимают номера и оставляют под стеклоочистителем сообщение с номером телефона, на который может позвонить владелец номеров, если хочет их вернуть. Это "удовольствие" обычно стоит около 200 евро",  отвечает мне Тома и добавляет, что автомобили с иностранными номерными знаками в режиме временного въезда и без номеров не могут выбраться из страны, из-за чего владельцы вынуждены платить ракету. Для того, чтобы избежать постоянное снятие-установку номеров, иностранные водители обычно возят с собой дубликаты номеров, которые ставят сразу же после въезда в Россию, чтобы настоящие поставить снова при выезде из страны.

Другое лицо России: Сцены из глубинки

После короткого отдыха в квартире, идем на позднюю вечернюю экскурсию по центру Москвы. Хотя термометр в столице России в то время показывал температуру -1 градус Цельсия, ледяной ветер не позволил долго задержаться на Красной площади. О поисках живого Ленина и фотографировании с ним всего за 10 евро мы не могли даже думать. Пересекаем всю площадь и делаем фотографии точно на месте, где был ликвидирован Борис Немцов - ярый критик Владимира Путина и его правления. В соответствии с рекомендацией Томы в отношении избегания российского фаст-фуда, находим ресторан "McDonald `s" на Пушкинской площади, первый ресторан этой сети, открытый в девяностых годах в России. Несмотря на сильную пропаганду в России против американских сетей быстрого питания в McDonald `s, Burger King и KFC, практически подвиг, найти свободное место.

Незадолго до этого, не более чем в 500 метрах от Красной площади, ища пункт обмена валюты, мы посетили небольшой торговый центр, где прямо за главной дверью оказались в импровизированном магазине. Пьяный охранник, с бутылкой "водички" в руке, отводит меня в угол, где находится то, что должно быть обменником. После нескольких минут ожидания перед пустым окошком охранник приводит среднего возраста блондинку, которая наконец-то обменяла 50 евро на какие-то 3.700 рублей. Интересно, что, пока мы не наткнулись на охранника от которого на несколько метров резко разило водкой, ни одна из продавщиц магазинчиков центра не хотела направить нас к обменному пункту, рекламу которого мы видели на входе в торговый центр. Мои собеседники, хорошо знакомые с жизнью в России, объяснил мне, что этот тип безразличия и неприветливости продавцов в России является частью местных установленных методов ведения бизнеса.

Частью тех же методов ведения бизнеса является и взаимное недоверие, которое существует между деловыми партнерами в России, поэтому все оплачивается авансно. Кроме того, в жестокой борьбе за большую долю рынка в котором преобладают коррупция и беспредел, владельцы бизнеса не выбирают средств для получения работ, которые финансируются государством или крупными иностранными инвесторами. Интересно, что в местном деловом мире почти обычны попытки избежать подписания каких-либо обязательств, а настаивание на официальных обязательствах в форме договора рассматривается как своего рода оскорбление и неуважение. Эта практика почти идентична тому, что, сравнивая Россию и Запад, как-то заметил Михаил Катков, русский публицист националистического толка: "Там всё основано на договорных отношениях, а здесь на вере!" Такая вера, однако, в бизнесе переплетенном с многочисленными бюрократическими препятствиями и нитями коррупции, очень легко теряется, и тогда уважение к закону и добрые деловые обычаи уступают место изобретательности и дырам в законе. Одним из примеров, подтверждающих это наблюдение была также практика в Москве, особенно выраженная во время правления Бориса Ельцина и в первые годы правительства Владимира Путина. В то время, на территория этого города невозможно было получить разрешение на снос старых зданий, которые инвесторы массово покупали для постройки новых. Для обхода бессмысленных бюрократических препятствий, инвесторы специально вызывали пожары в этих старых зданиях, после чего не было никаких серьезных проблем для ускоренного получения разрешения на строительство новых объектов. Так случалось, что в один день на одной улице тушили по 2-3 "инвестиционных пожара". Государство, с другой стороны, вместо того, чтобы воспользоваться заинтересованностью инвесторов в оплате сборов для сноса старых зданий для наполнения бюджета, упражнялось в ужесточении правил и перенаправляло те деньги в частные карманы своих коррумпированных чиновников.
О ситуации в российском обществе, особенно в девяностых годах, свидетельствуют многочисленные личные истории, с которыми мои собеседники познакомились во время жизни в России. Показательным примером может служить история жизни делового партнера Томы - Димы - бывшего подполковника сначала советских, а потом российских войск. После службы в истерзанной войной Чечне, Дима, как и многие другие русские офицеры, ушел со службы. Хотя, Конституция и законодательство Российской Федерации не позволяют офицерскому корпусу оставлять военную службу, они добились своих прав путем ссылки на тот факт, что присягали Советскому Союзу, стране, которой больше не существует. После того, как Конституционный суд принял этот аргумент, большое число военнослужащих покинули русскую армию.

Русская рулетка на ледяной дороге: Трасса разделена только сплошной белой линией

Дима живет в деревне, всего в нескольких километрах от городских поселений Москвы. Хотя и в непосредственной близости к столице России, село не имеет питьевой воды или санитарных условий, а асфальтирована только дорога, которая ведет к селу. Наш российский друг, перед своим домом, должен был сам поставить уличный фонарь, а из-за нестабильного снабжения и частого отключения электроэнергии каждая семья была вынуждена приобрести электрогенератор, который используется, по крайней мере, один раз в неделю.

Димин брат, математик по профессии, был одним из тех, которые во время СССР незаконно собирались на популярной Горбушке, заброшенном заводе, который стал основным местом сбора для художников и местом для обмена пластинками иностранноых рок-групп (рок в СССР был запрещен). Позже, Горбушка, которая занимает 100.000 м2 площади, превратилась в один из крупнейших рынков нелегального программного обеспечения и музыки в мире. Димин брат в девяностых годах стал директором средней школы в Москве. В начале 2000-х годов среди школьников проводился опрос в котором был вопрос, чем выпускники средней школы хотят заниматься после окончания школы. Самым распространенным ответом был - стать проституткой, потому что у них всегда есть деньги и хорошая одежда! После поражающих результатов опроса среди школьников наш герой уволился и ушел в частный бизнес.

После часовой беседы в старейшем Макдональдсе в Москвы, Томе приходит идея провезти нас центральными улицами, чтобы мы увидели Moscow City, что стало сценой, которая мне оставила самое сильное впечатление от всех вещей, которые я видел в российской столице. Освещенный зелено-синим светом, с почти нереальным лазерным освещением, голограммами, парящими в небе, эта часть Москвы в ночном издании неудержимо напоминала такие города, как Гонконг или Сингапур, чьи узнаваемые черты огромных небоскребов, характеризуют экономику, так называемых, азиатских тигров.

По дороге к нашему приюту в Химках, Тома показывает нам, где располагаются штаб-квартиры крупных западных компаний. Прибыв, наконец, в нашу квартиру, совсем усталые и опустошенные от нескольких дней путешествия и блуждения по столице России, Тома нам на ночь рассказывает историю о его незабываемой ночи в гостинице на окраине Москвы в 2002 году. После того, как после трудного дня, в предполуночные часы, наконец, прилег отдохнуть и посмотреть каналы кабельного телевидения, через занавеску позади телевизора пробежала мышь. Не желая делить комнату с незванным гостем, Тома спустился к стойке регистрации и, старую даму, которая дремала за стойкой, попросил как-то решить эту возникшую проблему, .

"И что я должна делать сейчас, не думаешь ли ,что это я должна пойти наверх и поймать мышь?", спросила она, пытаясь легко избавиться от возникающих проблем.

В поисках Ленина. Матич на Красной площади.

"Я не думаю, что вы должны ловить мышь, но найдите какое-то решение. Я не хочу, чтобы ночью меня будила мышь, которая бегает в моей постели", Тома был решителен. Столкнувшись с недовольным гостем, который не хотел отступать, дама куда-то ушла и через несколько минут вернулась с кошкой на руках!

"Пожалуйста, это решит вашу проблему," сказала она победоносно Томе, который, несколько минут, молча смотрел в недоумении.

"Вы шутите?", спросил он уже очень рассерженный. "Ни в коем случае не собираюсь, уставший, смотреть Тома и Джерри, которые резвятся в моей комнате. Немедленно верните кошку и найдите мне немного более современное решение, чем кот ", продолжил он. Через несколько минут дама поняла, что где-то еще есть клей для мышей, который в сочетаетании с сыром в течение ночи решит проблему с нарушителем.

Когда я, на следующее утро, а точнее около 11 часов, наконец, пробудился от глубокого сна русского медведя, первый взгляд через окно вызвал большое разочарование. Вид замерзшего озера и серо-белых одноликих зданий в сочетании с грязными улицами, прилично выбивался из впечатлений, которые я получил в ночном блеске накануне вечером. В то же время прибыл и владелец нашего жилья, который нас сопроводил неизбежным вопросом о том, что мы думаем о ситуации в Украине.

"Нам, происходящее там, совсем не нравится, слишком уж напоминает то, что происходило во время распада Югославии, и этого никому не пожелаешь," ответил на русском Дамир, представляя дипломатично смягченную версию нашего острого сопротивления агрессии Путина по отношению к соседней стране. Тем не менее, даже эта смягченная версия была довольно разочаровывающей для нашего собеседника, который с кислым лицом сразу же сменил тему и быстро пожелал нам счастливого пути.

Одноликость и отсталость: Деревни вдоль дороги

На обратном пути, мы все с нетерпением ожидали запланированный визит в Минск, а кроме необитаемых и необработанных однообразных земель в этой части западной России и посещения блинной на месте для отдыха рядом с шоссе, которое непреодолимо напоминает сцены из черно-белых западных вестернов, единственное событие, стоящее быть упомянуть была встреча с коррумпированным российским гаишником, который остановил нас где-то между Москвой и Смоленском. Выговаривая Тому за спящего Дамира на заднем сиденье, он позвал нашего водителя в служебную машину, чтобы уплатить штраф. Сразу после того как сели в автомобиль полицейский пальцем сделал знак ,чтобы Тома ничего не говорил, потому что автомобиль прослушивается. Сразу затем дал ему приготовленный мобильный телефон, в который предполагается ввести сумму, которую вы заплатили бы ему, чтобы он не выписал полную сумму штрафа. Тома, этот невнятный переговорный процесс, начал с предложением в 500 рублей, на что российский переговорщик противопоставил, набрав цифру 1.500. Томас затем ответил новым предложением в 1000 рублей, которое, наконец, было принято представителем российской дорожной полиции.

В течении времени мы получаем текстовые сообщения о новой сети и роуминге. Вслух спрашиваю, возможно ли, что сюда доходит сигнал из Беларуси, а Тома мне отвечает,  что это сигнал от нового российского оператора и объясняет, что каждая область в России имеет специального оператора, между которыми мобильное сообщение осуществляется с помощью системы роуминга! Роуминг в одной стране - было самой сумасшедшая вещью, которую я когда-либо слышал, хотя и оставляю возможность того, что на такое впечатление повлиял ограничивающий фактор моего личного опыта, который никогда не фиксировал ничего подобного.

Со смехом и пересказом событий, которые мы испытали во время этой поездки, мы держим путь в Минск, который от Смоленска находится примерно в 300-400 километрах, что вам, когда привыкнете к большим расстояниям в России, кажется близким соседством. В столицу Лукашенко (которого в Беларуси зовут Батька) приезжаем в субботу вечером, около 22 часов. В центре Минска мы находим весьма неутешительную картину сонного города. Хотя и суббота, город устрашающе пуст, прохожих почти не было вообще, поэтому мы задаемся вопросом,​​ не комендантский ли сейчас час. Минск напоминает Белград в конце восьмидесятых годов, кажется, как будто время остановилось, и полная противоположность ночному блеску Москвы. В городе преобладают архитектуры от периода социалистического реализма, бросается в глаза и отсутствие западных компаний на этом рынке. Несмотря на ощущение, что мы вернулись во времена прошлого века, мы согласны с тем, что Минск, по сравнению с Москвой, намного аккуратнее и чище. И, наконец, не далеко от центра, натыкаемся на ресторан Макдональдс, по чему столица Беларуси также напоминает Белград конца восьмидесятых годов.

Город, где время остановилось: Центр Минска

Когда мы шли через подземный переход, только рядом с этим рестораном быстрого питания мы наткнулись на необычное зрелище в виде довольно шумного концерта под открытым небом, молодой белорусской группы, которую сопровождала толпа из 30 человек разных поколений. С громким участием аудитории, употребившей большое количество алкоголя, с разбиванием бутылок, этот концерт выглядел как форма субкультурной подрывной деятельности и восстания против господствующей системы. При выходе из перехода, рядом с нами прошли два, одетых в форму, сотрудника сил безопасности (по униформе выглядели как сотрудники нашей жандармерии) и направились к вечеринке, которая проходила всего в нескольких десятках метров. Когда сотрудники службы безопасности появились на ступенях перехода, партия внезапно закончилась, а подрывные элементы, в виде любителей музыки под открытым небом, быстро разошлись.

С шутками и переработанными анекдотами с советских времен о Батьке и Хозяине (Лукашенко и Путине) и их любви к охоте на экзотическую дичь, мы возвращаемся в Сербию, которая мне сейчас кажется гораздо более приличной страной по сравнению со всем тем, что я видел в России. С впечатлением, что настоящая Россия сильно отличается от укоренившегося, сотканного из стереотипов мифа, который об этой стране преобладает в Сербии, зимний Белград мне более не казался тусклым и серым, как это было перед поездкой.

По въезду в Венгрию, в частности, во время визита в Будапешт, с которым я лично сентиментально связан, как с первым местом за пределами Сербии, которое, в качестве ученика средней школы, посетил во второй половине девяностых годов, Тома нам сообщает, что когда, по возвращению из России, прибывает на территорию Венгрии, уже чувствует, как будто он вернулся домой. Я, однако, ощутил это ещё когда въехали в Польшу, из Евразии, наконец, выбрались на территорию Европы! Если бы большинство граждан Сербии смогли избавиться от ложных мифов о России и всего того, что она якобы может предложить Сербии, Европа бы очень легко, действительно могла бы стать нашим домом.




Мы в соц.сетях

Сообщение